Как в Астане считают медали, но не считают очереди, зарплаты и расходы
Когда чиновника спрашивают о деньгах, а он отвечает ссылкой на портал - это не ответ. Именно в этом стиле выдержан весь официальный ответ Управления физической культуры и спорта города Астаны на редакционный запрос Sports24.kz из 20 пунктов - от объема финансирования спорта до очередей в детские спортшколы. Документ, который должен был стать отчетом о состоянии отрасли, на деле стал каталогом уклонений, необъяснимых цифр и как минимум одной откровенной технической накладки, обнажившей, как готовятся такие ответы.
Вопрос на миллиарды, ответ на одну строчку
Первый же пункт запроса - сколько тенге государство и город тратят на спорт в разбивке по семи направлениям, от массового спорта до содержания профессиональных клубов, - остался фактически без ответа.
«Касательно объема финансирование ежегодно публикуется на портале www.gov.kz», - отметили в ведомстве.
Ни одной цифры. Ни одного года. Ни одной строчки бюджета - притом что вопрос задавался про период 2023–2026 годов и семь конкретных статей расходов. То же самое произошло и с профессиональными клубами: вместо финансовых показателей — отсылка к порталу госзакупок:
«Договоры размещены в открытом доступе на официальном портале государственных закупок Республики Казахстан», - ответили в управлении спорта.
Формально - не отказ. По существу - перекладывание работы журналиста и общества по поиску данных на сами эти данные, которые, по логике самого запроса, и должны были быть агрегированы и раскрыты ведомством, отвечающим за отрасль.
Очередей нет. Отказов нет. Данных нет
Три вопроса подряд - о детях, стоящих в очереди в спортивные школы, о детях, которым отказали в зачислении, и о фактической перегруженности детско-юношеских школ - получили почти зеркальные по конструкции ответы: централизованный учёт не ведётся, предоставить данные не представляется возможным.
«Централизованный учет детей, состоящих в очереди на зачисление в государственные спортивные школы и секции, в том числе по каждому виду спорта, не ведется. Учет количества детей, получивших отказ в зачислении в спортивные школы по причине отсутствия свободных мест, не ведется», - заявили в ведомстве.
При этом управление спорта прекрасно оперирует другими цифрами: 7 338 юных спортсменов, 400 тренеров, 51 вид спорта. Получается парадокс: система знает, сколько детей уже занимается, но не знает, сколько детей хотели бы заниматься, но не смогли. Именно этот второй показатель и является прямым индикатором дефицита инфраструктуры - и именно его в ведомстве предпочли не считать.
Тренеры уходят массово - и почти без объяснений
Единственный по-настоящему тревожный числовой ряд в документе касается текучки кадров. Ведомство привело динамику увольнений тренеров:
- 2023 год — 114 человек
- 2024 год — 228 человек
- 2025 год — 331 человек
- 2026 год (неполный) — уже 673 человека
Рост более чем в шесть раз за три с половиной года — и это при том, что 2026-й ещё не закончился. Официальное объяснение уместилось в одно предложение:
«Большинство увольнений происходит по собственному желанию работников», - рассказали в управлении спорта.
Никакой аналитики о зарплатах, условиях труда, нагрузке или причинах, по которым «собственное желание» массово формируется именно в спортивной отрасли столицы. При этом на прямой вопрос о средней зарплате тренеров, их вакансиях и возрастной структуре ведомство ответило только про образование:
«Из общего числа тренеров 95% имеют высшее образование», - ответили в управлении.
Зарплата, средний возраст и число незакрытых ставок - три из четырех запрошенных параметров - из ответа просто исчезли.
Обеспеченность инфраструктурой: 50,3% -от чего именно?
На вопрос о доступности спортивных объектов в разрезе районов города ведомство выдало показатель без методологии:
«На сегодняшний день средняя обеспеченность населения спортивной инфраструктурой составляет 50,3%», - подчеркнули в управлении спорта столицы.
Ни норматива, от которого считаются эти 50,3%, ни расшифровки по районам, ни единицы измерения. А в следующем ответе, на соседний вопрос о дефиците инфраструктуры по районам, цифры внезапно появляются - но выглядят так, будто не сходятся сами с собой:
«В городе функционирует 892 спортивных сооружений. В разрезе районов Алматы - 12 объектов, Сарайшық - 1 объект, Есиль - 2 объекта, Нұра - 21 объектов, Сарыарқа - 11 объектов, Байқоңыр - 2 объектов», - отчитались в ведомстве.
Простое сложение шести районных цифр дает 49 объектов - притом что общее число заявлено как 892. Разница не объясняется ни оговоркой, ни сноской. Либо районная разбивка касается лишь части инфраструктуры без пояснения какой, либо документ содержит статистическую ошибку, которую никто не удосужился проверить перед отправкой ответа заявителю. Ни то, ни другое не красит ведомство, отвечающее за спортивную политику города с населением свыше 1,5 миллиона человек.
К слову, и число крупных спортивных комплексов расходится: в ответе на третий вопрос названы «35 крупных спортивных комплексов», а в ответе на 16-й - уже 892 сооружения, из которых спортивных школ «11», хотя четырьмя вопросами ранее фигурировали «10 спортивных школ». Ни одна из этих цифр прямо не противоречит другой по определению - комплексы, школы и сооружения формально разные категории, - но нигде в документе нет сводной таблицы, которая свела бы их воедино и объяснила методологию подсчета.
Молчание там, где обещан контроль
На вопрос о том, проводилась ли независимая оценка эффективности расходования бюджетных средств на профессиональный спорт, ведомство не привело ни одного проверочного акта, ни одной цифры экономии или перерасхода:
«Вопросы эффективности расходования бюджетных средств, направляемых на развитие профессионального спорта, находятся на постоянном контроле», - заявили в управлении.
Формула «находится на контроле» - классика бюрократического языка, которая ничего не подтверждает и ничего не опровергает. То же самое почти дословно повторяется в ответе на вопрос об обращениях граждан по поводу нехватки спортобъектов.
Ни числа обращений, ни динамики по годам, которую запрашивали журналисты, - притом что подобная статистика по определению должна вестись любым госорганом, работающим с обращениями населения по закону об административных процедурах.
Финал, который выдает систему с головой
Самый красноречивый момент документа - его последний абзац. Ответ на вопрос о KPI управления неожиданно обрывается фразой о процедуре передачи некоего объекта «согласно Правилам продажи объектов приватизации» и подробным разъяснением порядка обжалования административных актов со ссылками на статьи 91 и 92 АППК РК.
К спорту, тренерам и KPI это не имеет никакого видимого отношения - фрагмент выглядит как остаток другого, не относящегося к делу документа, случайно попавший в текст ответа. Для стороннего наблюдателя это не просто техническая ошибка. Это косвенное, но яркое свидетельство того, как именно готовятся подобные официальные ответы: методом сборки шаблонных блоков без финальной вычитки по существу. Если ведомство не замечает, что в ответ на вопрос о показателях эффективности спорта попал текст о приватизации, закономерен вопрос - с какой тщательностью проверялись остальные 19 пунктов документа.
Что в сухом остатке
Из 20 заданных вопросов подробный, содержательный ответ с конкретными цифрами получили немногим больше половины - в основном там, где ведомству было что показать: рост числа спортивных сооружений (с 466 в 2023-м до 729 в 2025-м), победы спортсменов на международных аренах, рост числа занимающихся физкультурой. Там же, где цифры могли бы поставить неудобные вопросы — бюджет, зарплаты, очереди, отказы, эффективность расходов, - документ методично переходит на язык отсылок, формул «не ведется» и «находится на контроле».
Картина, которая складывается из этого набора ответов и умолчаний, знакома по многим постсоветским городам: спорт как витрина достижений - и спорт как система, о внутренней экономике и кадровой устойчивости которой избегают говорить цифрами. Пока это так, любой разговор о «доступности» и «эффективности» спортивной политики Астаны остаётся разговором на веру — а не на данных.
